Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
15:01 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Полбутылки рома, два пистолета,
Сумка сменной одежды – и все готово.
Вот оно какое, наше лето.
Вообще ничего святого.

Нет, я против вооруженного хулиганства.
Просто с пушкой слова доходчивее и весче.
Мне двадцать пять, меня зовут Фокс, я гангстер.
Я объясняю людям простые вещи –

Мол, вот это мое. И это мое. И это.
Голос делается уверенный, возмужалый.
И такое оно прекрасное, наше лето.
Мы когда умрем, поселимся в нем, пожалуй.

URL
15:00 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Я мертвый человек. Я просыпаюсь утром, и мне нестерпимо хочется одного — спать. Я одеваюсь в черное: ношу траур по себе. Траур по человеку, которым не стал.

URL
10:45 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Мы черви в теле Бодхо, собиратели трав. чёрная, бурая, ржавая, кровавая твирь, савьюр, угехе и белая плеть говорят с нами.

URL
10:45 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Величием духа отличаются не те, у кого меньше страстей и больше благодетелей, чем у людей обыкновенных, а лишь те, у кого поистине великие замыслы!

URL
10:44 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Исполнитель (Гаруспику): "Люди то глупы и слабы. Сегодня боготворят того, кого вчера пинали и высмеивали. А назавтра... ну, да что говорить. В общем, любое зло можно загладить. И они полюбят тебя так же пылко, как недавно еще ненавидели."

URL
10:42 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
I.
Я ехал по северо-восточной ветке, в сторону моей последней надежды на сохранение «Танатики», Симона Каина. Жил он по свидетельствам Исидора (моего спасителя) в месте крайне необычном. Что же, я видал и не такое. Много лет я безуспешно пытался победить смерть не в частном случае, а вообще – пытался предать смерть, смерти. Безрезультатно. Враг оказался силен и неприступен, а его истоки по-прежнему оставались для меня загадкой. Уже в поезде, следуя рельсам, в осенней степи, я пытался хотя бы приблизительно представить, как мог выглядеть «бессмертный человек».
Как говорит Исидор, он держит город, значит, он все еще силен и не может быть ссохнувшимся стариком, скорее всего старость так его и не коснулась. Черты лица, по-видимому, правильные и крупные. Широко распахнутые глаза, мощные плечи, сильные руки, мудрый и цепкий взгляд – он так и излучает здоровье. Главное, общаясь с ним, дать понять, что осмотр никак не унизительная процедура, а важный шаг к процветанию мира. Танатика – дело всей моей жизни, и я не дам уничтожить ее своим отказом. У меня нет права на ошибку, это мой последний шанс.
II.
Я был в поезде абсолютно один – не считая глухонемого машиниста. Что за странные люди эти степняки! - воображают, будто степь поглотит в свое чрево поезд. Мне, борцу со смертью, и то пришлось задействовать все свои связи, для путевки в этот город. Неужели он какой-то особенный? Этого просто не может быть.
III.
Мы приближаемся к конечной цели нашего пути, к городу. Скоро я сойду с поезда, и, прижимая ногами твирь, спущусь на землю. Как я по ней соскучился, по земле! Этого не поймешь, пока в течение четырех дней не обмолвишься ни единым словечком, пока не просидишь на одном месте, на неровном сиденье, почти целую вечность… За окном все также - степь и бесконечный дождь. Мне горестно и тоскливо. Солнце постепенно заходит за горизонт, вечереет. Меня укачивает поезд, и я засыпаю крепким, здоровым сном.
IV.
Очнулся я из мира грез и видений лишь тогда, когда поезд прибыл на место, и глухонемой машинист, что-то воинственно мыча, начал гнать меня с насиженного места. Он начал пинать меня ногами, пытаясь разбудить, и тогда мне захотелось его ударить, как следует, но я вспомнил наставления друзей, и сам поспешно выскочил, захватив лишь свою поклажу. «Ни во что не вмешивайся, так ты погубишь наше общее дело» - звучало в голове, когда я, ступив на мокрую траву, окунулся в ночь глухую.
И вправду бесподобное место – рядом с нашими тремя вагончиками, рядом с нашим куцым поездом, стоял темной громадой вокзал. В воздухе, я впервые глотнул вдоволь воздуха, было что-то особенное, растекающееся по всем жилам. А вокруг – бесконечная степь, куда ни глянь. Где же город? – Наверное, дальше, за вокзалом, сам себе ответил я.
V.
Обойдя громадный вокзал слева, успев вдоволь надышаться, я наконец-то подошел к жилому кварталу. Первое что я увидел, было странным сооружением, зданием, состоящим из трех этажей, без крыши, и с первого взгляда похожее на руины. Птицы давно облюбовали это место и сейчас, завидев меня встревоженные, улетели прочь. «Надо бы осмотреть вокзальный пригород, как-нибудь на обратном пути» - заметил я про себя.
Я подошел к одному из домов, и постучался - мой стук отозвался гулким эхом в ночи, но никто не ответил. Я осмотрел и другие дома, но и там меня встречало молчание. Я продолжал искать ночлег – не пристало ученому ночевать на улице. Поправив плащ, я осматривался.
Индустриальный пейзаж, вперемешку с очарованием степи. Для тех, кто любит и то, и другое – нет более ласкающей душу картины; солнце спряталось; небо все, от края до края затянуто серыми тучами; луна, ехидно улыбаясь, наблюдает за тобой. Самую малость устал. От земли исходит необычайно сладостный дурман, хочется вдохнуть его в весь в себя, до последней капли, зажать его в груди, но не он попадает к тебе в плен, а ты к нему - вдохнув его, ты с каждой минутой будешь умирать. Агония может длиться годами, что обычно и происходит, но, единожды вдохнув этот аромат, ты уже никогда не избавишься от него. Попадешь сюда – дашь подписку на верную смерть. Хотя… Едва родившись, мы уже обречены – нельзя утаить, что примерно такие размышления занимали меня, когда со спины послышался подозрительный шорох.
VI.
Я резко обернулся. Оглядел сквозь призму ночи все вокруг – ничего. Только спокойствие и тишина. Взмахнул в тягучем воздухе рукой – ничего. Мое прерывистое дыхание выдавало волнение. Продолжая путь, я поминутно оглядывался по сторонам, осторожно ступал по земле, и при каждом шуме вздрагивал.
Светало, и я смог различить, что за мной никто не идет. Вскоре стали вырисовываться округлые очертания реки.
VII.
Насколько я помнил, во втором письме Исидора, которое я предусмотрительно уничтожил, было сказано несколько строк о доме, в котором живет Симон: «Если встать спиною к Столице, а к городу лицом, и идти по левой руке, то у западного берега Жилки, близ странного сооружения, и будет его дом». Поняв, что гостеприимство, пускай и в три часа ночи здесь не принято, я по зрелому размышлению, решил остановиться прямо у этого «бессмертного дракона». Поднявшись по каменным ступенькам, еле держась на ногах от усталости, я как в тумане подошел к большому двухэтажному дому. Он заметно выделялся среди всех жилых домов, и при доле фантазии, его можно было назвать «странным сооружением». Выделялся он своей необычной окраской и конструкцией. Первый этаж - как и везде, но дверь была массивной и широкой, а с тыльной стороны дома находилась веранда. Второй этаж был частично расписан различными узорами, и на улицу выходила просторная лоджия, на которой так удобно отдыхать. Поверх второго этажа приютилась башенка, тоже в росписи, и сделанная видимо для украшения. Она придавала конструкции законченный вид. На улице холодно, сразу видно, что осень – холодный ветер пробирает до костей. Небо багрово красное, и, кажется, слышно, как плывут облака.
Я из последних сил противясь сну, постучал в деревянную дверь особняка. Ту отворила девушка в парейро, и я, нисколько не удивившись ее не по погоде прохладному костюму, зашел в дом. Она взяла меня за руку и отвела наверх. Я скинул плащ, в бессилии упал на кровать, бормоча благодарности. Хлопнула дверь, и я провалился в сон.

URL
16:27 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Англичанин Гарри живет в грязной квартире.
Под мостом, у общественной бани.
Вроде бы в Нью-Хемпшире.
Ест макароны с сыром,
Курит и хочет бросить.
Любит свою работу, велосипеды и осень.
Имеет долги по оплате, за телефон и воду.
И говорит сам с собою,
Даже гуляя по городу.
Боится ходить в магазины,
Но часто сидит в кофейне.
Пьет кофе и тихо листает
"Телеграф Дэйли".
Включив телевизор он ищет
Программы про архитектуру.
Он любит читать. Особенно,
классическую литературу.
И нет у него знакомых,
Пуста записная книжка.
Два года в его кладовке
Лежит восьмилетний сынишка.

URL
16:14 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Утро было тихое, город, окутанный тьмой, мирно нежился в постели.
Пришло лето, и ветер был летний — теплое дыхание мира, неспешное и ленивое. Стоит лишь встать, высунуться в окошко, и тотчас поймешь: вот она начинается, настоящая свобода и жизнь, вот оно, первое утро лета.

URL
16:11 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
— Что вы выберете: пиво или спасение души?
— А какое пиво?

URL
18:48 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Гордость моя была уязвлена: двадцать четыре часа я провел рядом с Томом, я его слушал, я с ним говорил и все это время был уверен, что мы с ним совершенно разные люди. А теперь мы стали похожи друг на друга, как близнецы, и только потому, что нам предстояло вместе подохнуть.

URL
10:09 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
На свете есть, кто может съесть
Все, что на свете ни на есть,
Все, что живёт и что цветет,
Сгрызет железо, сталь сжует,
Пожрёт и короля, и двор,
И город, и вершины гор.

URL
08:45 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
28.10.2009 в 19:26
Пишет псевдо.мысли:

Рад тебя видеть. Знал. что мы встретимся. Все книжки читаешь? Сколько тебе лет? 19, 20 и у тебя никого нет? Ты никого не любишь? От фильмов и книжек только вред, насмотришься, начитаешься, навыдумываешь себе что-нибудь, а жизнь совершенно другое. В жизни все по-другому. Когда-нибудь ты это поймешь или нет? Поймешь… или нет.

© к/ф 'Похитители книг'

URL записи

URL
08:40 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Мне нужно поговорить, а слушать меня некому. Я не могу говорить со стенами, они кричат на меня. Я не могу говорить с женой, она слушает только стены.

URL
09:05 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
04:50 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Высшая доблесть — совершать в одиночестве то, на что люди обычно отваживаются лишь в присутствии многих свидетелей.

URL
17:23 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
03.05.2010 в 23:09
Пишет кукла без мечты:

Курт Воннегут писал о том, что мы внутри - мусор. Реальные мы такие, какими нас видят окружающие. Те, кто мы внутри, никого не интересуют до тех пор, пока это не доходит до внешних проявлений. Потому что внутри мы может обманывать себя сколько угодно, но окружающий мир видит нас какими мы перед ним предстаем, и вот это мы - настоящие. Как не прискорбно. Поэтому я например знаю, что я = я верю в бога, люблю католические церкви, люблю в тайне все человечество и прочее, но никого это не интересует. Это все мои выдумки - меня видят скептиком и уж точно ярым атеистом - видимо, такая я и есть.
Всем нравится верить, что внутри они гораздо лучше, чем на самом деле про них думают люди. Да, всем нравится. Фишка в том, что мы внутри - это по большему счету просто оправдание для нас самих. Если мы внутри такие замечательные, что мешает быть нам такими же и для всего мира? Все эти защитные реакции и прочие колючки — бросьте, мы не ежи в конце концов. Внутри мы идеализируем себя, да и только. Внутри мы всегда те, кем хотели бы быть. Поэтому мысль о том что "ну это я просто для людей такой, на самом то деле я хороший" — это только тормоз для саморазвития и самосовершенствования. Вот кому нужно это на самом деле? Кому нужно то что у нас внутри, если кроме нас никто об этом даже не догадывается?


©
Kant Wilde

URL записи

URL
10:32 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
28.04.2010 в 23:23
Пишет кардиограмма:

я скучаю. посиди со мной на окне.
знаешь, все нутро будто оголодало
по теплу леденящему. и на самом, на самом дне
еще что-то осталось, до шепота, до легчайшего выдоха мало.

я тоскую, знаешь ли, по тебе,
по твоим всем иголкам, да по пьянящему дыму.
и я, веришь-не веришь, таки благодарна судьбе,
что она меня опрокинула в эту снежную глыбу.

мне, бывает, так хочется бросить лечение
на последней стадии, уже без пяти минут здоровой.
ты остался внутри - мой секретный пароль, золотое сечение,
птица огненная, рождающаяся по новой.

и ты - слышишь? - все так же болишь у меня в глубине,
стоит только напомнить словом, голосом или силуэтом.
я скучаю безумно, безумней вдвойне, втройне,
как в прогрессии геометрической. извини. я больше не буду об этом.


URL записи

URL
17:51 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Но бессонная ночь — это не просто ночь, когда ты не спал. Это не ночь, когда ты веселился, выпивал чего-то, искал, надеялся или реализовывал свои ночные поиски и надежды. Это не ночь, проведенная в беседах, спорах или глубоких и существенных разговорах с близким и дорогим другом. Это не ночь любви. Это не ночь семейных раздоров. Это не ночь у постели больного…
Бессонная ночь — это просто одинокая ночь без сна.

URL
17:31 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Без глупых рисков жизнь не в радость.

URL
15:50 

И вас, красавица, и вас коснется тленье. И вы сгниете до костей, одетая в цветы под скорбные моленья - добыча гробовых гостей.
Для веселия планета наша мало оборудована.
Надо вырвать счастье у грядущих дней.
В этой жизни помереть не трудно.
Сделать жизнь значительно трудней.

URL

Smetiště

главная